?

Log in

Посторонним иногда В

Стучаться сюда.

WWII

Читаю про вторую мировую войну (не что-то там продвинутое, просто википедию), и она впервые перестает для меня быть мифом, и становится серией конкретных событий. От этого, кстати, страшнее.

Сепаратизм

Оказывается, государств без сепаратистских движений практически не существует.
Примерно пять тысяч лет тому назад человек впервые стал жить скученно, и на свет появились смертельные инфекционные заболевания. Раньше опасный патоген, случайно возникнув, мог заразить и уничтожить небольшое сообщество, но погибал и сам вместе с последним его представителем. Теперь же он получил возможность жить вечно, переходя из организма в организм в то время как здоровое население регенерировалось.

Можно предположить, что нечто похожее происходит и с идеями. Однажды возникнув или проникнув, вредная идея может сделать малое сообщество нежизнеспособным. Но в большом она уже не может распостраниться с достаточной для летального исхода скоростью и силой. Зато может возникать и увлекать людей вновь и вновь несмотря на уже принесенный ею в прошлом ущерб.

В развитии болезнетворных микроорганизмов есть еще один знаменательный момент: открытие в 1928-м году пенициллина. Последовавшее широкое использование антибиотиков резко повысило популяции резистентных к ним штаммов, часть которых, к тому же, оказалась крайне патогенной. Идеи тоже можно уничтожать (хоть, может, и не с эффектицностью антибиотика). Но не способствует ли это развитию и вспышкам еще более радикальных направлений? Как правило, экстремизм поглащается и фактически нейтрализуется массой умеренно ему сочувствующих, но не готовых к экстремизму, людей. Но если провести в обществе "прополку", к примеру, консерватизма, не приведет ли это к усилению фундаментализма, который, вообще-то, резистентен к любым конвенциональным методам идейной борьбы?

История тоталитаризма

С тех пор как я стал работать nine to five мне легче удается представить, как могли существовать годами и десятилетиями тоталитарные общества и т.н. тотальные институты. А с тех пор, как мне повезло жениться и родить дочку я понял еще больше: что и в моей жизни были длительные периоды, которые задним числом представляются абсурдней и бессмысленней какого-либо режима.

Инженеры-философы

Выжав во время подготовки к олимпиаде в Токио рекордные 196 кг, русский штангист Юрий Власов навесил на штангу рекордный вес - самого Андрея Платонова:

Настоящие рекорды впереди. Лишь недавно атлеты научились разумно добывать силу. А сила, подобно разуму, может развиваться беспредельно.


...Но так и не поднял.

А если серьезно, то Власов, как и Платонов, был по образованию инженером. Некоторая схожесть стилей бросается в глаза.
Иванов сидит на стуле и беспокоится о том, что будет с душой после смерти.

Петров на ходу беспокоится о том, что бывает с душой во время жизни.

Когнитивный диссонанс

Известно, что когда прокрастинация протекает во время (то есть, вместо) "важных" занятий (учеба/работа), то она и сама "более высокого" качества. Например, вместо работы можно читать важнейшие ученые труды по этнографии или психологии, но играть в майнсвипер можно только дома вместо мытья посуды.

Греки о смерти

Фукидид писал:

Человек рождается лицом вперед. Он видит родителей, за ними бабушек и дедов, за ними чуть подальше прадедов и прабабок. Ему не приходит в голову задаться вопросом, что там дальше, за ними. Когда из жизни уходят прадеды человек еще не может различить каменное лицо смерти за фигурами бабок и дедов, но он все же начинает посматривать по сторонам. Когда уходят из жизни бабы и деды, человек начинает смотреть вбок. Он уже понимает куда неумолимо движется река жизни. Он погружается в дела, чтобы отвлечься. Он поглядывает назад на своих детей. За ними он видит лица уже ушедших предков. Потом умирают родители. Существовавшая прокладка между человеком и полупрозрачной занавеской смерти исчезает совсем. Он уже не смотрит вперед, и когда подходит к смерти погружается в нее постепенно, глядя назад. Сперва в нее входят спина, члены, потом органы, вены, уши. Глаза он держит открытыми до последнего. "Где вы там, мои родные?" Он видит их как прежде, и прабабушек, и дедов, и мать с отцом. Только теперь с ними еще и правнуки, сыновья, внучки.

зверьки

Если из офиса налево, то метров через сто будет шоссе. Шоссе идет по насыпи, а вдоль него канава. Недавно прошел дождь, и низины в канаве наполнились водой. Две большие лужи соединены мелким ручейком - одна лужа немного выше другой. Ручеек то течет едва заметной пленкой воды по всей ширине канавы, то собирается в узкий поток поглубже. Там в ручейке барахтаются маленькие головастики. Их тащит брюхом по солнечной мели, они извиваются и подпрыгивают, пока их не донесет до глубокого места. У самого устья ручейка, у лужи повыше, сброшенные вытекающим потоком головастики изо всех сил стараются вернуться в лужу. Но поток быстрый, их сносит. Я продавливаю пальцем податливое глиняное дно у устья, вода бурля вытекает из обмелевшей лужи.

Возвращаясь вечером домой я увидел перед собой на тротуаре коричневую крысу. Я остановился. Она не убежала. Тогда я сделал шаг вперед. Крыса наскочила на мой ботинок, царапая его маленькими когтями. Я отнял ногу, но крыса вновь бросилась на ботинок, в этот раз с писком. Я отступил еще на несколько шагов, и крыса победно ускакала под стоящую машину.